Ох, ох, ох, ох. Сложный, вопрос вы задаете. Ну, понимаете, я сторонник все-таки решения вопроса на поле боя как бы, да, и подхода к этому вопросу именно в той методологии, которую применяет Запад к своим противникам.

У нас в чем самая главная проблема? Проблема в том, что у нас существует некий политический режим, который там сформировался, который является проводником тех решений, которые ему ретранслирует коллективный Запад. И самое узвимое место Запада во всей этой концепции – это его исполнители.

И вот нам, наверное, необходимо средоточить действия не только на линии боевых соприкосновений, что, конечно, безусловно, нужно делать, и нужно двигать линию боевых соприкосновений, уничтожать там различную инфраструктуру, вне всякого сомнения.

Но если мы начнем воздействовать и на исполнителей, которые проводят волю коллективного Запада, А скамейка запасных у Запада там не очень большая. То есть нужно понимать, что выбив основные ключевые элементы проводников решений Запада, мы очень сильно ухудшим компетенции Запада в войне против нас на территории бывшей Украины. И наверное нам стоит посмотреть в эту сторону.

И как вот сейчас, знаете, вот сейчас Запад угрожает там Мадуро, да мы там тебя забомбим. Заметьте, они говорят, что мы будем бомбить там, не знаю, трансформационные будки там в Каракасе. Они говорят, что мы по Мадуро будем. Прямо, откровенно, как бы не стесняясь, как бы вообще просто ретранслируя, что мы будем уничтожать режим. То есть мы там будем и с ним воевать, мы его забомбим в каменный век и уничтожим. А если получится, привезем его как бы к себе там, да, и будем его судить. И вот, наверное, нам надо взять вот этот подход на вооружение.